суббота, 18 июля, 2026
Барнаул, 29 авг. – Атмосфера. Трагедия, произошедшая в Томске с трехлетней Викторией Вылегжаниной, заставила и власти, и общественность вновь задуматься о недостаточной безопасности детей, пишет ИПП "Сибинфо".
Напомним, ребенок был похищен мужчиной с территории детского сада № 46 вечером 14 августа. 19 августа, после пяти дней поисков, девочку нашли мертвой. Ее тело было спрятано в заброшенном погребе. Экспертиза установила, что смерть произошла в течение суток после похищения. Помимо следов удушения были обнаружены также следы сексуального насилия.
Корреспондент портала "Сибинфо" спросил у психолога центра психофизической коррекции "Оберег" Елены Рябченко, что может быть сделано для того, чтобы томская трагедия никогда не повторилась.
– Почему ситуация с похищением трехлетней девочки с территории детского сада вообще могла произойти?
– Основной проблемой, наверное, является небезопасность детских садов. Посмотрите – сейчас любой человек абсолютно свободно может зайти на территорию детского сада.
Так быть не должно. Думаю, необходимо в обязательном порядке вводить в детских садах и школах пропускную систему. Пусть каждому выдается пропуск, и только по ним охрана пускает на территорию.
– Очевидцы рассказывали, что девочка пошла с похитителем после того, как он предложил ей конфеты. Есть ли какой-то способ оградить ребенка от опасности? Что могут сделать родители?
– Пожалуй, единственное, что родители могут сделать – это приучить ребенка к тому, что с чужими людьми общаться нельзя, что чужие могут причинить им вред. Причем работа должна идти именно в семье. Она, конечно, может быть и групповой, в детском саду, но это будет эффективнее с более старшими детьми. В возрасте трех лет это – работа родителей.
Ситуация, на самом деле, парадоксальная. Самыми уязвимыми оказываются дети из благополучных семей. Когда ребенка воспитывают любящие люди, он бесстрашен. Он не чувствует опасности. И, наоборот, если ребенок воспитывается в неблагополучной семье, он привыкает быть осмотрительным.
– Как вообще получается, что способные надругаться над маленьким ребенком и убить его люди свободно разгуливают по городам?
– Это психически больные люди, которые не в состоянии контролировать себя. Насильники – люди с чрезвычайно низкой самооценкой. Они самоутверждаются за счет страданий своей жертвы.
В идеале их нужно выявлять и изолировать, а если они совершают преступление – жестко наказывать. Человек в первую очередь заботится о своей безопасности, оценивает степень опасности для себя. Если наказание будет очень жестким, как, например, кастрация, вряд ли кто-то осмелится совершить такое преступление.
Но те законы, что существуют сейчас, слишком мягкие по отношению к насильникам.
Даже к тем, кто совершает преступление в отношении детей. Может, это потому, что законы пишут в основном мужчины? Пусть бы закон написали женщины. Причем обязательно – матери и бабушки. Женщина, у которой нет детей, не прочувствует ситуацию в полной мере.
– Есть какие-то меры, которые можно принять превентивно, профилактически? Чтобы педофилов и насильников не появлялось вовсе?
– Все мы родом из детства. Вполне возможно выявлять предрасположенность к такому виду преступлений еще в раннем возрасте. Существует такой тестовый материал, есть специалисты, которые могут такие тесты составлять. Это буквально 30-40 вопросов. Если провести такой тест среди ребят с 5 по 9 класс, это как раз период полового созревания, можно будет взять ребят из группы риска на заметку и впоследствии работать с ними.
Очень важный момент! Все это должно проводиться максимально корректно, аккуратно и не афишироваться. Именно поэтому такую работу необходимо поручить специалистам – психотерапевтам, психиатрам.
– Можно ли еще что-то сделать, чтобы защитить детей и женщин от насилия?
– Вы знаете, сегодня существует антитеррористический ликбез. Он объясняет, что делать в свете угрозы проведения теракта. Я считаю, что нужен еще и противонасильственный ликбез. Чтобы женщины знали, что они могут сделать, если на них нападут.
Или, например, сейчас вижу много плакатов программы "Дворовый тренер". Было бы хорошо, чтобы такие тренеры провели для женщин занятия по самообороне. Они должны быть готовы отразить удар. Этот тот случай, когда действие эффективнее слов.
