понедельник, 3 августа, 2026
Семья из Петропавловского района Алтайского края столкнулась с очередным медицинским беспределом. 3 года назад их новорожденный ребенок скончался в ЦРБ. Супруги считают, что смерть их ребенка случилась по вине врачей, но доказать этого не могут.
«Начались наши мучения с 2007 года. В ЦРБ Петропавловского района 27 февраля 2007 г. моя жена родила второго ребенка, весом 3200, ростом 53 см. Ребенку дали оценку в 6 баллов (по системе Апгар). Родилась дочь живая, подвижная, только немного вод в ротик попало, из-за этого унесли в реанимацию, где дежурил врач-хирург в качестве врача реаниматолога-анестезиолога. Через несколько часов я привез памперсы, и мне сказали, что все хорошо: девочка в прекрасном состоянии. После осмотра педиатром состояние тоже было хорошее. А на следующее утро мы узнали, что ребенок умер от множественных кровоизлияний – именно такую справку нам выдали в ЦРБ для оформления свидетельства о смерти», - рассказывает отец ребенка Евгений Маркин.
В 2004 году его супруга родила первого ребенка в этой же больнице, и тогда у абсолютно здорового ребенка начались срыгивания кровью, педиатр срочно сказала привести плазму, девочку вылечили, сейчас она растет здоровой. На консилиуме некоторые врачи пришли к мнению, что и в этом случае нужно было принять такие же меры, тогда ребенка удалось бы спасти.
«В тот злополучный вечер педиатр пришла к врачу-хирургу (на тот момент) и сказала, что девочка нуждается в особом наблюдении, что может развиться ДВС-синдром. После вскрытия объяснили, что у ребенка было настолько сильное кровотечение, что все органы залило кровью. Заключение меня шокировало – пневмония. Главный врач ЦРБ после этого вскрытия заводила по одному педиатров и принудительно заставляла переписывать историю болезни новорожденного ребенка в худшую сторону состояния здоровья. А все потому, что тот хирург, незаконно поставленный на место врача реаниматолога-анестизиолога, - Смердов Д.В., сын главного врача ЦРБ., и он, как оказалось, за ребенком не смотрел, а находился в другом отделении. Ребенок с вечера и всю ночь срыгивал кровью, пока не остановилось сердце от гемморогического шока. Медсестра все это видела и приглашала его к ребенку, а он всего два раза за 12 часов заходил и видел, что у ребенка кровь, но ничего так и не предпринял. Он позвонил в Алтайский краевой кардиологический диспансер в город Барнаул, где ему сказали делать немедленное переливание плазмы. Но он проигнорировал и ушел спать», - говорит отец.
По его словам, главный врач ЦРБ обвинила во всем педиатров, а они успели сделать в свое оправдание диктофонную запись, где дежурившая в ту ночь медсестра рассказала, что Смердов вообще не подходил к ребенку, а ребенок плакал и истекал кровью. Эта диктофонная запись попала к самим потерпевшим. Супруги прислали весь пакет документов (копии справок, заключений, ответов судов и прокуроров) и звуковые файлы в редакцию ИА Атмосфера.
На диске отчетливо слышно, как врачи рассуждают о том, в какой момент ребенок «был упущен». «Мы же с вами знаем, что на словах одно, а на бумаге - совсем другое. Вы все меня поняли?» - заявила одна из врачей. Затем слышны угрозы, что если кто-то откроет рот, то пострадают все. «Мы все пойдем сушить сухари», - заявляют они. В конце консилиума врачи решают, что этот случай нужно выгородить, «ни в коем случае никого нельзя наказывать», настаивать на тех данных, которые им удобны, но необходимо разобраться, почему это все произошло, чтобы впредь ни в коем случае не допустить подобных трагедий.
«Этот диск прослушивал следователь, у него был просто шок от услышанного, тем более медсестра, дежурившая в ту злополучную ночь, сказала на первом допросе, что Смердов не отходил от ребенка и что никакой крови не было. Расследование дела продолжается до сих пор. В январе этого года состоялась очная ставка педиатров, медсестры и следователя при включенном диске, и медсестре деваться было некуда. Тогда она рассказала всю правду, сейчас материалы и диск отправлены на экспертизу в Москву. А патологоанатом полностью подделал заключение вскрытия, и об этом тоже на диске говорится. Это очень громкое дело, тем более, на нашей стороне два педиатра, врач-хирург, видевший Смердова в другом отделении в нерабочем состоянии. И еще педиатры успели сохранить две истории болезни, одна из них подделана главным врачом», - рассказывает Евгений.
Теперь у супругов, потерявших ребенка, другая задача. Они узнали, что имеют право на получение материнского сертификата. Потому как в Алтайском крае были подобные прецеденты, когда один из детей умирал, но родители все равно получали сертификат. Но и здесь супруги столкнулись с большими бюрократическими проволочками.
«Жена подала письменное заявление в Пенсионный фонд, нам прислали ответ, что нет свидетельства на второго ребенка, и мы не имеем права на сертификат. Подали жалобу прокурору, он прислал отказ. Жена еще раз пошла в Пенсионный фонд, где ей выдали еще один отказ. Она снова обратилась в прокуратуру, зампрокурора сказала: «Мы не обязаны вам помогать, вы не входите в список тех людей, которым помогает прокурор!» Тогда жена пошла в суд, он удовлетворил иск в полном объеме. На суде выявился обман прокурора. 12 января 2010 года в суде сказали, что решение вступило в законную силу. На следующий день, придя в суд, жена узнала, что 12 января 2010 года Пенсионный фонд обжаловал кассационной жалобой решение суда, хотя прошло уже более 20 дней», - говорит Евгений.
В Главном управлении здравоохранения и фармацевтической деятельности Алтайского края никаких нарушений в работе медперсонала не нашли.
«Случай перинатальной гибели ребенка данной пациентки в МУЗ «Петропавловская ЦРБ» неоднократно комиссионно экспертировался. В состав комиссий входили самые опытные и квалифицированные специалисты из медицинского университета и КГУЗ «Перинатальный центр». Выводы всех экспертов идентичны и заключаются в том, что причиной тяжелого состояния новорожденной стала острая кислородная недостаточность во время родов. Другими словами, околоплодные воды попали в легкие ребенка, и новорожденная не смогла полноценно дышать. Недостаток кислорода привел к необратимым изменениям во всех органах (полиорганная недостаточность), развитию ДВС-синдрома (системной кровоточивости) и гибели ребенка.
Необходимым условиям для благоприятного исхода беременности было постоянное наблюдение за внутриутробным состоянием ребенка накануне и во время родов. Для этого пациентке была предложена дородовая госпитализация в больницу, от которой она отказалась. Булгакова поступила в стационар в конце родов, когда медицинские работники не могли повлиять на ход родового акта и предотвратить кислородное голодание ребенка.
Аналогии между случаем гемолитической болезни у первого ребенка Булгаковой и обсуждаемым случаем проводить нельзя. Причины, вызвавшие кровоточивость у детей, совершенно разные и, соответственно, требуют разной лечебной тактики. Грубых отклонений от стандарта ведения новорожденной в МУЗ «Петропавловская ЦРБ» экспертами не найдено», - так прокомментировала корреспонденту asfera.info заместитель начальника Управления Елена Вайгель.
Редакция ИА Атмосфера также обратилась за комментариями в прокуратуру РФ по Алтайскому краю. Ответ будет опубликован дополнительно в ленте новостей. Мы будем следить за развитием событий.
