Каждый третий рубль государственных расходов в бюджете-2010 не обеспечен текущими доходами. Тем не менее правительство продолжает политику наращивания госрасходов, резко увеличивая численность государственных служащих, а также пенсии для 38 миллионов пенсионеров. Опасность такой политики осознают и россияне, которые пытаются самостоятельно подсчитать число незанятых производительным трудом граждан.
Между тем в Интернете популярно доказательство того факта, что менее 30 миллионов работающих вынуждены кормить почти 100 миллионов «ничего не производящих» и существующих за счет бюджета человек. Эксперты сомневаются в точности таких расчетов, но признают опасность увеличения государственных расходов в условиях затяжного кризиса.
«Из общей численности населения 58% составляют люди пенсионного и предпенсионного возраста – 76,6 миллиона человек», – отмечает анонимный сетевой источник. Армия государственных служащих, куда отнесены все сотрудники правоохранительные органов, министерств и ведомств, составляет около 25,4 млн человек. Судя по опубликованным выкладкам, более 100 млн человек являются, по сути, нахлебниками, которые существуют благодаря производительному труду оставшихся 30 млн работников.
Ошибки и пробелы в этих расчетах очевидны. Тем не менее такая самодеятельная статистика верно отражает опасную тенденцию: численность занятых в частном секторе сокращается, доля госслужащих растет – точно так же, как и государственные расходы, которые давно превысили суммарные поступления в казну. Дефицит бюджета будущего года составляет около 3 трлн рублей. Несмотря на то, что по планам правительства он будет сокращаться в последующие годы, доходов иначе как от продажи нефти при благоприятной мировой конъюнктуре ждать не приходится. Уже в 2010 году каждый третий рубль госрасходов не обеспечен текущими доходами.
«Большая часть расчетов о числе «нахлебников» содержит ошибки и неточности, – отмечает директор департамента стратегического анализа компании ФБК Игорь Николаев, знакомый с информацией, которая публикуется в Интернете. – Во-первых, никто не скажет, сколько из пенсионеров работают, а сколько живут на пенсию, поэтому надо делать поправочку, причем существенную – на несколько миллионов человек. Что касается численности государственного аппарата, то здесь также много вопросов, поскольку данные по правоохранительным органам зачастую закрытые, и судить о них можно только приблизительно. А потом, что значит пассаж о том, что «работоспособное население содержит» тех же бюджетников? Извините, но бюджетники учат, лечат и т.д. не только детей, но и само работающее население. Так что говорить о поголовном безделье бюджетников неправильно».
Хотя сама постановка вопроса, по его мнению, вполне уместна – в России производительных сил не так много, к тому же они сокращаются с каждым годом.
«Да и госрасходы могут иметь самую разную направленность, – продолжает аналитик. – Если они направлены на повышение зарплат и пенсий и т.п., то их можно считать непроизводительными. Причем это совсем не антикризисные расходы, поскольку экономика от этого не разворачивается к росту, это просто проедание накопленных ранее запасов».
Проблема в том, что Россия уже в будущем году, как пояснил в среду глава Минфина Алексей Кудрин, исчерпает весь Резервный фонд.
«За 9 месяцев мы с 4,9 триллиона рублей его запасов опустились на отметку в 1,8 триллиона рублей. И это при том, что цены на нефть были гораздо больше запланированных, – отмечает Николаев. – Мы взяли повышенные соцобязательства, которые снизить невозможно, а это значит, что нужно искать новые деньги. Каким образом? Занимать. Причем все более и более невыгодно, так как и стоимость денег будет расти, и долговая нагрузка будет увеличиваться». По его словам, политика наращивания госрасходов ведет не только к исчерпанию запасов, но и в долговую петлю.
В свою очередь, старший экономист «Уралсиба» Владимир Тихомиров надеется, что те 3 дефицитных триллиона рублей, которые зафиксированы в бюджете, могут оказаться призрачными. «Я не исключаю, что дефицита в будущем году вообще не будет, – считает эксперт. – Часть дефицита идет от тех расходов, которые скорее всего не будут выполнены в будущем году. Это касается расходов, связанных с продолжением антикризисного финансирования. Так что расходная часть окажется меньше, а доходная, учитывая рост цен на нефть, – больше».
Впрочем, Николаев полагает, что увеличение расходов и сокращение налоговой базы, вызванной снижением производственных возможностей, еще принесет правительству кучу проблем. «Если не запущен маховик экономического роста, а этого не произошло, то и запасов в кубышке уже не будет, – отмечает он. – Так что выбор простой – или занимай, сколько дадут, или сокращай расходы».
Однако возможное сокращение расходов и даже решимость проведения структурных реформ, которых однобокая российская экономика уже заждалась, может натолкнуться на новые препятствия, на этот раз – политические. «Кризис показал, что денег не хватает. Я думаю, что реформы, в том числе и тарифная, уже находятся в планах правительства, которое пока не хочет проводить ее в жизнь, учитывая приближение предвыборного периода, – считает Тихомиров. – Наиболее благоприятный период для проведения реформ остается между серединой 2010 года и первой половиной 2011 года. Дальше начинаются парламентские и президентские выборы со всеми популистскими планами, так что говорить об изменениях за пределами означенного срока не придется».
