суббота, 18 июля, 2026
Сначала любил, потом убил, а после плакал — три с половиной месяца следственные и судебные органы разбирались в причинах трагедии, произошедшей этим летом в одном из домов по улице Ворошилова в Камне-на-Оби. Прибывшие туда сотрудники милиции обнаружили страшную картину: в комнате на полу в луже крови лежало растерзанное тело молодой девушки. Двадцатишестилетний хозяин дома, сам вызвавший правоохранителей, тут же признался в содеянном. Спустя время он, представ перед правосудием, заявил, что без уфологов здесь не обойтись: во всем виновата страшная, неземная любовь, пишет газета «Каменские известия».
—Я бы не хотела, чтобы вы писали о том, что произошло с моим сыном, – сказала мать осужденного корреспонденту. – Вы многого не знаете: он у меня на самом деле такой хороший... Ну выпивает иногда—с кем не бывает. А она в его личную жизнь постоянно влезала, покоя прямо никакого не было. Только к нему друзья, а она тут как тут—такую агрессию проявляла, не выйти ему никуда, не выпить, не отдохнуть. К тому же, как мне кажется, плохой хозяйкой была.
Когда прокурор зачитывал обвинение, перечисляя то, как наносил удары своей жертве подсудимый и какие из них послужили причиной смерти, матери убитой девушки стало плохо. Молодой человек за решеткой, потупив взгляд, перебирал пальцами деревянные четки.
Настя и Сергей познакомились год назад. Им было всего по двадцать с небольшим—возраст, когда «жить» и «любить» означает одно и то же. Неудивительно, что девушка смотрела на своего принца сквозь розовые очки, не желая вспоминать, не задумываясь (а, может, просто не зная?) о том, что возлюбленный уже давно не в ладах с законом. Грабеж, разбой, нанесение тяжких телесных повреждений—в свои двадцать шесть он успел повидать места не столь отдаленные. Отца своего Сергей никогда не знал—в два года у него появился отчим. Отношения не заладились. Отчим часто говорил: «Не будешь учиться, не буду кормить». Мальчик попал в спецшколу, да так и покатился по наклонной. Узнав историю человека, который мог стать их зятем, Настины родители воспротивились.
Месяц молодые снимали дом на берегу реки, пытались проверить свои чувства на прочность. Первым не выдержал Сергей—слишком тесными оказались для него семейные узы—собрал вещи и ушел. Спустя время они снова были вместе. Молодые ссорились и мирились: теперь уже Настя то уходила, то приходила обратно. В моменты одиночества Сергей страдал, искал ее, а потом все возвращалось на круги своя. Часто допоздна засиживался с друзьями, пил горькую, а дома распускал руки, срывая зло на молодой сожительнице, которая так и норовила призвать его к порядку своими методами воспитания. На вопрос судьи «почему не расстались раз и навсегда», Сергей, смущаясь, ответил:
—Это, скорее, по части уфологов—они изучают аномальные явления, инопланетян. Думаю, что приворожила она меня: знаете, привороты, отвороты разные бывают. Уверен, здесь было нечто подобное. Вместе мы постоянно ругались, а врозь не могли жить — тяга какая-то была необъяснимая.
Впрочем, подсудимый не нашел объяснений не только «внеземному притяжению», но и тому, как в его руках тогда оказался нож. Утром 13 августа Сергей прошел медкомиссию, а на следующий день должен был выйти на работу. Новую страничку жизни решил отметить с друзьями. Пригласил Настю. За душистым шашлыком и бутылочкой водки завязалась беседа. Настя смеялась, шутила и, как показалось ее ревнивому спутнику, кокетничала с другими мужчинами. Недолго думая, он вызвал такси, и разговор тет-а-тет уже продолжился дома.
—Я попытался внушить ей, что нельзя себя так развязно вести, —рассказывал подсудимый. —Она только кричала, называя меня такими обидными словами, которые выведут из себя любого мужчину. Потом в мой адрес она бросила такое, что «сорвало крышу», и я ударил ее несколько раз, чтобы замолчала. После помню лишь эпизоды: бездыханную Настю с ножом в груди, как садился в милицейскую машину… Я не хотел ее убивать.
Поняв, что произошло, Сергей сам попросил соседей вызвать милицию, сам во всем признался, а когда на запястьях сомкнулись наручники, заплакал.
Действия подсудимого были квалифицированы по статье 105 части первой УК РФ (умышленное убийство). Тринадцать лет колонии особого режима. Не исключено, что Сергей попытается обжаловать его в краевые инстанции. Однако вряд ли это что-то изменит в его жизни (как говорится, годом раньше, годом позже). Вопрос в том, какая судьба его ждет в дальнейшем.
Из зала обе матери выходили молча. Одна из них навсегда потеряла дочь, другая в очередной раз проводила за решетку сына. О чем думал в этот момент ее двадцатишестилетний отпрыск, сквозь стальную решетку всматриваясь в родные глаза? Может, о том, что слишком страшной все же была его любовь, если принесла так много горя окружающим…
