среда, 3 июня, 2026
О том, что патриархия обратилась к Третьяковке с просьбой предоставить "Троицу" Андрея Рублева на несколько дней для богослужений, впервые заговорили в начале сентября 2008 года. Тогда эта история, подробно освещенная, например, "Новыми Известиями", осталась замеченной разве что специалистами. Но стоило Левону Нерсесяну, старшему научному сотруднику ГТГ, написать взволнованное сообщение в "свой тихий, уютный журнальчик с любимой музыкой, красивыми картинками и разговорами по душам", как блогосфера ощетинилась не на шутку, а самая знаменитая русская икона стала поминаться в ЖЖ чаще, чем первый снегопад.
Итак, патриарх Алексий II обратился к руководству ГТГ с просьбой привезти икону Рублева в Троице-Сергиеву Лавру на праздник Троицы, который состоится 7 июня 2009 года. Прецеденты у такого рода сотрудничества музея и церкви есть: рублевский шедевр приносят раз в год в храм святителя Николая в Толмачах, куда уже помещена Владимирская богоматерь, а Донскую икону Божией Матери возят в Донской монастырь. Но Лавра находится в 70 с лишним километрах от Третьяковки, то есть "Троице" предстоит долгая дорога и пребывание отнюдь не в музейном зале, а в огромном храме, где горят свечи и куда придут тысячи паломников. Руководство ГТГ не стало принципиально отказывать патриарху и пообещало изыскать способ доставить в икону в Лавру при условии решения сложных технических вопросов: наличия спецвитрины и спецмашины для хранения и перевозки "Троицы".
По мнению специалистов, "Троица" находится в состоянии, которое в медицинских терминах называлось бы стабильно тяжелым. Олег Дивов (пользователь beauty_n_beast) поговорил с реставратором, занимающимся непосредственно иконами из ГТГ, который сказал о "Троице" следующее: "В ней трещины. До 30-х годов считалось, что там есть вообще отдельная узкая доска, потом выяснили, что трещины. И этот кусок живет своей жизнью. После последней перевозки [в здание ГТГ на Крымском валу] Троицу пришлось укреплять. И что будет дальше, предсказать не может никто. Главное, мы не можем гарантировать, что она не разъедется уже всерьез". Следовательно, даже одна поездка в Сергиев Посад может привести к плачевным результатам. Вопрос о предоставлении "Троицы" для богослужения обсуждался в музее неоднократно, причем в последний раз на специально созванном расширенном реставрационном совете. Академик Герольд Вздорнов, один из крупнейших специалистов по древнерусскому искусству, в "Газете" резюмировал итог совещания так: "Прозвучало единодушное мнение: икону не выдавать. Причем это прозвучало в самой решительной, категоричной форме".
В беседе с "Ежедневным журналом" Левон Нерсесян процитировал реплику представителя завода, где будет изготавливаться спецвитрина или "капсула"для иконы: "Гарантировать я вам ничего не могу - кроме того, что мы выполним ваше техническое задание".
Отсутствие гарантий от изготовителя "ящика", как его для краткости назвал Левон Вазгенович в своем блоге, послужило первым поводом для написания исходного взволнованного сообщения. Вторым поводом стало подозрение, что, получив "Троицу" для богослужения однажды, церковь не остановится на этом, и рублевская икона сама превратится в паломницу, что очень скоро приведет к разрушению работы Рублева. В этом предположении с Левоном Нерсесяном солидарен и Герольд Вздорнов: "Как я думаю, указание о выдаче иконы в форме как бы пожелания родилось на самом верху власти. Видимо, оттуда позвонили министру культуры, а он уже позвонил в дирекцию Третьяковки… Ее [икону] хотят туда получить только на праздник, потом захотят подержать подольше, а уже затем выдвинут требования, чтобы ее там оставили насовсем. И в этом случае это станет катастрофическим прецедентом для последующих выдач".
Комментаторы блога Левона Нерсесяна быстро разделились на два лагеря. Один требует оставить икону в музее, второй настаивает на возвращении ее церкви. Так формулирует проблему adunai: "Люди готовы костьми лечь, лишь бы не допустить, чтобы "самый употребительный символ русской духовной культуры" был употреблен по своему прямому назначению". Шире разъясняет tankredy: "Несомненно, украденное убийцами должно быть возвращено Церкви. Конечно, под особой охраной государства. Конечно, на особых условиях содержания. В особой, оборудованной крипте. Под наблюдением специалистов. Но, извините, ссылка на вынос раз в год в храм при галерее - не решает проблемы. При этом то, что хотят сделать - несомненно плохо и образу может повредить".
Аргумент, что музеи укрывают краденое, поддержали в РПЦ. "Коммерсант" цитирует отца Владимира Вигилянского, главу пресс-службы Московского патриархата: "Где были все эти люди и их учителя, когда церкви разграблялись, а иконами топили печи. Столь агрессивное противление нашей просьбе аморально". Он же, "Интерфаксу": "Музейные работники могли бы иметь хоть полпроцента нравственного компонента в этом вопросе, ведь они остаются, по сути дела, хранителями краденого". Конечно, в музее не все есть зло, и отец Владимир сказал, что бывал в запасниках Третьяковки, где "в идеальных, правда, условиях, находятся чудотворные иконы, вывезенные из храмов".
В самой Лавре священнослужители настроены куда как более спокойно. Архимандрит Порфирий (Шутов) в интервью "Интерфаксу" сказал: "Если будет принято решение, что икону переносить нельзя, потому что она может пострадать, - кто же этого не поймет?"
Руководство Третьяковки, в частности, ее директор Валентин Родионов, попыталось занять эталонно компромиссную позицию, дабы и волки были сыты, и овцы целы: и икону выдать, и подстраховаться как следует, и старшим не перечить. Но обычные участники дискуссии, то есть те, кому не придется принимать важные решения, компромиссами не интересуются. Решительно настроенные верующие не хотят говорить о "Троице" как об экспонате, а столь же решительно настроенные любители искусства не признают ее предметом почитания. Промежуточную черту под всеобщей руганью подвел отец Григорий (Лурье), припомнив ветхозаветную притчу: "Две женщины претендовали на одного ребенка, и Соломон предложил им его поделить пополам. Одна из них отказалась, и именно в той Соломон признал истинную мать".
Остановимся на еще одном обстоятельстве этой истории. 20 ноября, в разгар споров, появился слух, что Левона Нерсесяна уволили из Третьяковки. Те, кто следят за музейной жизнью в нашей стране, не могли не припомнить тут же историю с увольнением из галереи Андрея Ерофеева, заведующего отделом новейших течений. В июне 2008 года музей расстался со своим упрямым и бескомпромиссным сотрудником, курировавшим не одну скандальную выставку: для галереи последней каплей стало уголовное дело против Ерофеева в связи с проектом "Запретное искусство 2006". Однако в случае с Левоном Нерсесяном все еще не так драматично. "Слухи о моем увольнении - пока! - несколько преувеличены. Хотя такая опасность реально существовала и, видимо, продолжает существовать", - написал он в своем блоге вечером 20 ноября и взял тайм-аут.
До развития любого из сценариев с "Троицей" могут пройти месяцы. И если в сентябре эта история осталась незамеченной, то уж после ноябрьских дискуссий ее точно не скоро забудут. Для народного просвещения (и, хочется думать, посещаемости Третьяковки) дискуссия, наверное, оказалась полезной. Что же до народного единения, то оно, как обычно, отодвинулось еще на шаг в сторону горизонта.
