Письмо жителям планеты от Большой Черной Птицы

Я птица. Правда, большая темная птица. Я умею летать, и поэтому я очень счастлива. Ведь сверху мир совсем другой. Набираешь высоту, и все, что казалось необъятным, уменьшатся и уменьшается, становится маленьким и незначительным. Но зато как  красиво! Вы когда-нибудь видели кукурузные или хлебные поля с высоты птичьего полета? Наверняка нет. Или же несколько минут из иллюминатора самолета. Но это совсем не то. Эти самые поля прекрасны! Ровные квадраты с колосящимися злаками. Летом они зеленые, ближе к осени желтеют. И знаете, мне никогда не надоест смотреть на них.

Еще я люблю море. Я часто летаю над ним. Оно совсем не такое, каким его рисуют в книгах или картинах. Оно-живое. Переливчатые оттенки синего и голубого завораживают. Но есть на море и темные-темные пятна. Это нефть. Она убивает все живое, и таких пятен все больше и больше. Я с грустью сморю на них, в эту смертельную, таинственную тьму, и пытаюсь понять, почему же люди не ценят такое прекрасное море, почему они убивают его.

Но я лечу дальше. Ветер завывает у меня в перьях, клюв обдает свежим потоком высотного воздуха, а тело бесшумно парит над бескрайними просторами мира. Наверное, я самая счастливая птица. Взглянуть, например, на моих сородичей. Они только и заняты тем, что пытаются любыми способами продолжить свой род, поддержать популяцию, и путешествуют лишь раз в год, да и то не все. А есть и такие о коих вообще вспоминать стыдно: живут в городах, питаются крошками да мусором, что найдут, делят свое жилище с людьми… Короче, падшие птицы. Впрочем, не будем о грустном, каждый выбирает свой путь.

Я тоже мог жить в городе и вымаливать корку хлеба назойливым кликанием,  но выбрал иное. Я стал свободной птицей. Меня ничто  и никто не сдерживает. У меня нет дома, нет друзей, семьи. И, я вам скажу, это совсем не плохо. Мне нравится быть одному и познавать мир. Да и нет, наверное, птицы, разделяющей мои взгляды. Я облетел уже достаточно и встречал разных сородичей, но близких по духу так и не нашел. Дело в том, что все озабочены лишь проблемой выживания, и ничем более. А знаете, как трудно птицам выжить? Маленькие птахи, что питаются зернами да червячками, постоянно умирают от отравлений. А все потому, что поля обрабатываются химическими препаратами. Может быть, вам, людям, оно и хорошо, да только о нас никто  не подумал, и птицы все гибнут и гибнут.

А совсем недавно я видел, как мучаются водоплавающие обитатели. Люди, вы сами не в восторге от загрязненных вами же рек, так еще и заставляете страдать речных  жителей! В реках плавает много всякой всячины, мусор, какие-то странные жирные пятна, бутылки - и это постепенно убивает все живое. Я видел, как утки путались в пластмассовых кольцах и выворачивали шеи. А болтушки-чайки живут впроголодь, так как из рек исчезает рыба. Я пробовал поговорить с этими бедняжками, но они, вероятно, так расстроились, что с горя не могли произнести ничего членораздельного, а лишь громко кричали какое – то: «Дай!» Потому знакомство не состоялось, и я был вынужден продолжить свой путь, продолжить в одиночестве. Мой путь пролегал над лесом, и я стал невольным свидетелем ужаснейшей сцены: люди валили лес, а в это время лесные обитатели пытались хоть как-то спастись и спешили покинуть свои убежища. Вот только что было делать соловью, чье гнездо с выводком было на дереве, которое вскоре должно упасть?

Соловей кричал, бил крыльями, показывая птенцам, как нужно лететь, но все тщетно, птенцы даже перьями еще не обзавелись, лишь пушком покрыты – желторотики. Я хотел было вмешаться, помочь, но соловей, увидев меня, издал какой-то отчаянный крик и стремительно улетел в глубь леса. Наверное, он меня испугался, принял меня за очередного врага, коих, поверьте мне, у соловьев предостаточно; или разучился доверять, ведь люди часто приходят в лес, садятся на полянку и наслаждаются пением птиц или собирают ягоду, а теперь вот рубят деревья, безжалостно уничтожают чей – то дом, и я понимаю соловья, понимаю, почему он убежал, он боится очередного обмана.

И тогда я улетел. Улетел с желание найти сородича, который бы понял меня и был бы хоть чуточку выше бытовых проблем. И я встречал сотни птиц: красавец орел – оказался слишком эгоистичным, он остро чувствовал свое ложное превосходство над миром и не рассматривал себя как его часть, беркут – слишком жесток и недружелюбен, пеликан – непроходимо глуп. Я так и не нашел родственной души. Хотя, может, так оно и суждено. Я совсем не страдаю от одиночества, ведь со мной – весь мир, и я его часть. Вот только грустно становится, когда видишь, что мир то этот очень хрупок и по нелепой неосторожности мы можем его потерять. Я птица, а потому мало что могу сделать для улучшения ситуации на планете, однако я могу ценить и любить родные просторы и советую вам, прежде всего, научиться уважать и дорожить тем, что вам дано. Люди – вы часть природы, а потому в ваших силах изменить ее, преобразовать к лучшему.  Перестаньте относиться к ней как источнику безмерному и всепрощающему. Природа не терпит дисгармонии!

Искренне Ваша Большая Черная Птица

Слугина Виктория, 10б, 16 лет